Олег Стасык: я выступаю за тотальную проверку диссертаций на плагиат

Олег Стасик: я виступаю за тотальну перевірку дисертацій на плагіат

Олег Стасык – об эффективности украинской науки, конкуренции с немецкими исследователями, а также о том, какую науку не могут себе позволить финансировать США.

«Дом инноваций» встретился с Олегом Стасыком – заведующим отделом сигнальных механизмов клетки и заместителем директора по научной работе Института биологии клетки НАН Украины. В этом году он среди 24 других ученых вошел в первый состав Научного комитета Национального совета по вопросам развития науки и технологий. Этот орган, созданный согласно закону «О научной и научно-технической деятельности», сегодня фактически должен реформировать научную сферу.

Именно о реформах в науке, но не только о них, мы и пообщались с Олегом Стасыком.

О состоянии науки

Как ученый и как член Научного комитета считаю, что наша наука недостаточно эффективна. Есть хорошие коллективы, есть хорошие институты даже, но этого нельзя сказать о всей структуре в целом, которая осталась нам в наследство от Союза и которая громоздка. К большому сожалению, в свое время не были внедрены реформы, которые бы постепенно и планомерно ввели конкурентные принципы работы научных коллективов. То есть, кто работает творчески, кто работает более эффективно, кто производит больше научного продукта высокого международного уровня (статей, патентов и т. п.), тот должен получать больше денег на свою работу – как в бизнесе. А у нас, очевидно, пока не ​​те правила, которые стимулировали бы качественную науку, а вместо них – архаичная уравниловка. И практически отсутствуют независимые агентства для грантового финансирования исследований.

Если посмотреть международную статистику импактированных публикаций в Web of Science (есть такой международный классификатор, который отделяет хорошие журналы от низкокачественных), то окажется, что удельная доля Украины падает как в мировом измерении, так и в европейском. Кстати, российская доля даже демонстрирует небольшой рост. Возможно, это влияние первых реформ, которые они делают в своей академии наук. Но гораздо быстрее растет доля в таких странах, как Польша, в которой реформы начались 15 лет назад.

Об ученых степенях

В Украине сегодня насчитывается более 100 000 докторов и кандидатов наук. Если посчитать производительность их труда в виде количества публикаций на одного человека, то окажется, что мы на последнем месте среди всех европейских стран. Объяснение такое, что большая часть этих людей не работает в науке как таковой. Они не занимаются открытиями, не занимаются поиском нового. Зато многие из них непонятно зачем получают денежные надбавки за свои звания.

Кроме того, ежегодно в стране защищается несколько сотен докторов и в несколько раз больше кандидатов экономических наук! Дальше в этом списке идут юридические, педагогические и медицинские науки. Это звучит саркастически, если сравнить состояние нашей экономики и медицины с количеством кандидатов и докторов в соответствующих отраслях.

У нас существуют «фабрики диссертаций», где за деньги пишут работы разного уровня, и за эти вещи никто не несет ответственности

Такой вал защит в этих четырех отраслях свидетельствует о том, что это некачественные работы. Более того, основная масса этих диссертаций – не побоюсь этого слова – липовая. Там есть фальсификат, компиляция известных фактов и ​​плагиат. У нас существуют «фабрики диссертаций», где за деньги пишут работы разного уровня, и за эти вещи никто не несет ответственности. Государство потеряло контроль. Это уже замечают за рубежом и интересуются, что у нас здесь творится. Эти вопросы следует адресовать в первую очередь ГАК и МОН, которые, кажется, пытаются этих явлений не замечать.

О журналах-мусорниках

Под липовые защиты существуют так называемые журналы-мусорники, которые принимают к публикации все подряд, но при этом умудряются входить в списки аккредитованных или профессиональных изданий, которые признают ГАК и МОН. Есть ряд признаков, по которым можно узнать эти журналы: они одновременно принимают публикации из всех отраслей наук, берут деньги за публикацию статей, они не практикуют peer review (форма независимого анонимного научного рецензирования. – Ред.).

Не хочется лишний раз упоминать «проффесора» Януковича, который своей диссертации никогда не писал. Но и среди нынешних политиков тоже есть известные фамилии, в чьих диссертациях есть признаки плагиата и фальсификата. Это в первую очередь люди со степенями в области экономических и юридических наук. Они же переносят опыт свой и своих коллег, например, на естественные и точные науки, поскольку считают, что во всех отраслях науки процветает имитация. А это не так.

В Научном комитете мы совместно с МОН разрабатываем новые правила защиты и надеемся, что они будут как можно скорее введены. Потому что это вопрос не только престижа науки, но и вопрос финансовый, поскольку существуют надбавки за ученую степень. Государство не всегда целесообразно расходует на них огромные средства, сопоставимые с финансированием целых академий.

О плагиате

За каждым из тех нескольких громких случаев плагиата в научных трудах, о которых мы знаем из прессы, стоят тысячи других, о которых мы не знаем. Поэтому я лично выступаю за тотальную проверку диссертаций на плагиат. Более того, я также – за разработку механизма реального лишения ученых степеней. В некоторых странах лишают ученых степеней за плагиат, если его обнаружили в течение десяти лет после защиты, а дальше не трогают. Я бы, наверное, предлагал поставить у нас этот предел в 1991 г., когда Украина обрела независимость. Тогда, возможно, у нас значительная часть из тех более 100 000 кандидатов и докторов наук отпала бы. Нужен механизм проверки диссертаций, и это надо профинансировать, иначе мы будем вынимать из стога сена лишь отдельные иглы.

О Научном комитете

У нас было несколько встреч полного состава Научного комитета, и мое впечатление в целом очень положительное. Я думал, что будет хуже, но международный Идентификационный комитет сделал хорошую работу (за что им спасибо). Ученые, которые пришли в Научный комитет, хотя и с разными взглядами – иногда кардинально разными – это неравнодушные люди, которые пытаются изменить ситуацию к лучшему.

У правительства нет продуманной научной политики. Задача Научного комитета – предложить правительству эту политику

У правительства нет продуманной научной политики. Задача Научного комитета – предложить правительству эту политику. Там не хватает соответствующих специалистов – и в правительстве, и в Верховной Раде, к сожалению. Ученых там единицы либо это экономисты или политологи, которые не понимают специфики экспериментальных наук. Не хватает серьезной экспертной коммуникации между правительством с одной стороны и академией наук и высшей школой – с другой. Возможно, с МОН ситуация немного лучше, но и там, на мой взгляд, не хватает специалистов, в частности в области инновационного процесса.

О финансировании науки

Американский профессор Джеймс Крэгг (James M. Cregg), у которого я стажировался в течение нескольких лет, однажды сказал, что США достаточно богатое государство, чтобы финансировать хорошую науку, но недостаточно богатое, чтобы финансировать плохую науку немеждународного уровня. И это США – самая мощная научная система в мире.

Мы же в Украине те небольшие деньги размазываем «по плоскости», не слишком интересуясь, насколько эффективно они расходуются. Потому что у нас нет системы оценки работы отдельных ученых, коллективов, институтов, хотя это довольно просто оценить и такое уже работает за рубежом. Прежде всего, это качество и количество международных публикаций и их цитирований, это количество патентов и лицензий, выступления на международных конференциях. Для различных дисциплин нужно вводить различную систему оценивания. Например, для культуролога или филолога более важны монографии. А для биолога монография иногда устаревает через полгода после того, как она написана. Для нас важны публикации в международных профессиональных журналах, рейтинг которых возглавляют Nature, Science, Cell, и др. К сожалению, сталкиваемся с непониманием или откровенным неприятием нововведений среди ученых старшего поколения, которые сформировались при советской системе координат.

Украина выделяет на науку один из самых маленьких процентов ВВП, и это путь к закономерному упадку

В западных странах ученых стимулирует грантовая система финансирования исследований. Это означает, что научная группа может подать заявку на свою идею и если она выиграет – получить средства. Как правило, гранты выигрывают от 7% до 15% аппликаций. Победители получают деньги, за которые действительно можно выполнить научную работу.

У нас такие грантовые системы существовали и существуют в каком-то зачаточном виде, однако распределение средств непрозрачное, а иногда, убежден, оно коррупционное. Часто существует конфликт интересов между теми, кто такие программы создает, и теми, кто потом получает финансирование, – и иногда это те же люди. А научная конкуренция так работать не может. Эту систему нужно менять, и здесь Научный комитет должен предложить новые правила распределения грантовых средств, которые будут предусматривать открытую, честную конкуренцию и обязательно отсутствие конфликта интересов. Обязательно нужны индивидуальные гранты для молодых ученых на различных этапах их научной карьеры.

Также нам не обойтись без привлечения международной экспертизы, потому что в Украине ограниченный круг ученых в определенных отраслях. Это значит, что рецензенты и участники конкурса будут друг друга знать. Поэтому мы будем ставить вопрос таким образом, чтобы гранты, превышающие определенную сумму, распределяли только после анонимной международной экспертизы. Все это прописные истины для конкурентной науки в развитых странах, необходимость которых в Украине в целом недооценена.

Нужно осознавать, что бюджет НАН Украины, если перевести в евро, составляет около ста миллионов – это бюджет среднего немецкого университета. И, кстати, Украина выделяет на науку один из самых маленьких процентов ВВП, и это путь к закономерному упадку. Хотим мы или не хотим – нам нужно делать систему оценки и оставлять только качественную науку, но эту качественную науку, которая останется, надо качественно финансировать. Пытаться постепенно увеличивать финансирование, но и спрашивать ученых о результатах и ​​оценивать с участием независимых экспертов качество выполнения грантов и созданного научного продукта.

О Национальном фонде исследований

Одна из первых задач Научного комитета – это создание Национального фонда исследований. Это грантодательная структура, которая будет заниматься конкурсными грантами в разных областях науки. У нас уже были подобные структуры, но, как правило, они были маленькими и недофинансированными. Сейчас существует Государственный фонд фундаментальных исследований, на основе которого и будет создан Национальный фонд исследований, который в идеале должен заработать уже в 2018 г.

Его ключевым отличием от предшественника прежде всего будут (я на это надеюсь) новый принцип деятельности и большее финансирование. Гранты будут получать ученые независимо от возраста и независимо от их подчиненности – как работающие в Национальной или отраслевых академиях наук, так и работающие в системе высшей школы. Причем, создавая Национальный фонд исследований, мы берем за образец опыт европейских грантодательных систем.

Украинский ученый для развития фундаментальной науки за какой-нибудь импортный фермент или антитело должен доплачивать большие таможенные пошлины, и это нонсенс

О роли и отношении государства

Сделать публикацию международного уровня в экспериментальных дисциплинах очень трудно. Это связано с довольно дорогими расходными материалами, импортными реактивами, оборудованием, которое надо завозить из-за рубежа.

Украинский ученый для развития фундаментальной науки за какой-нибудь импортный фермент или антитело должен доплачивать большие таможенные пошлины, и это нонсенс. Не может биолог в Украине конкурировать с биологом в Германии, если у него расходные материалы вдвое дороже. Тогда уж лучше делать такую ​​работу в Германии. Поэтому нужны законодательные изменения, которые решат этот и ряд других вопросов. Надеюсь, Научный комитет будет инициировать такие изменения.

Об инновациях

Самое важное – это отличить настоящее изобретение – полезное и, возможно, привлекательное с коммерческой точки зрения – от «пустышки», от очередного perpetuum mobile. У нас отсутствует необходимая для этого функциональная система. Нужны независимые структуры, которые будут оценивать изобретения, инновационные предложения, новые технологии и будут способны отделить все лучшее, которое может иметь реальный прикладной интерес, от псевдонауки – такой тоже достаточно. Такие идеи должны оставаться в Украине, а не убегать за границу. И такие структуры, работающие с инновационными идеями и технологиями, должны поддерживаться государством, но быть одновременно независимыми и отделенными от любых воздействий «сверху».

Нам нужно законодательство максимально открытое, максимально привлекательное для того, чтобы инновационные идеи реализовывались в Украине. Это означает, что по максимуму украинское законодательство в этой сфере должно использовать опыт Сингапура, Финляндии, Израиля, стран Балтии. Не должно быть никаких государственных преград. Может, я скажу крамольную для кого-то вещь, но государство не должно заниматься инновациями как менеджер. Потому что в этом случае начинается коррупция. Зато государство должно по максимуму поддерживать финансово развитие стартапов на раннем этапе их роста, когда им необходимо стать на ноги.

Вместо напутствия

Украина переживает такой исторический этап, когда для того, чтобы оставаться развитым обществом и не отставать от соседей или двигаться вперед, нужно, как Алисе в Стране чудес, двигаться и развиваться очень быстро. У нас же приходится тратить драгоценное время на дискуссии о вопросах, давно решенных в развитых странах. Однако мы не можем ждать физической смены поколений для старта реформ научной и инновационной сферы. Нужно действовать уже сейчас.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram