Решето по-научному: как из Украины «утекают» технологии

Решето по-науковому: як саме технології «витікають» з України

Научно-исследовательские институты для государства Украина – это terra incognita, неизведанная территория, где не видно горизонта. Бюджет выделяет «копейки» на финансирование науки, которых едва хватает на покрытие минимальных нужд ученых. При этом такой важный вопрос, как аудит и патентирование новых технологий и разработок зачастую откладывается на завтрашний день.

Но завтра никогда не наступает. Ведь патент – дорогое удовольствие.

Для надежной защиты его нужно оформить не только в Украине, но еще и в других странах с развитой технологической экономикой. Патенты в США или Китае будут стоить десятки тысяч долларов.

Коммерческие шпионы (или просто «любопытные гости») из других стран уже долгое время с удовольствием пользуются этой уязвимостью. Зачем оформлять сделку на покупку прав на технологию с институтом, когда можно просто-напросто переманить к себе на работу его ключевого сотрудника «со всеми формулами и чертежами в голове»?

Несколько сценариев

Случаи, когда украинские разработчики выезжают вместе со своими разработками, регулярно встречаются. Но ученые предпочитают о них сильно не распространяться. «Был недавно случай, когда сотрудница одного нашего института разработала абсорбент, который поглощает вредные вещества. Но в нашей стране ее разработка долгое время оставалась никому не нужной. А вот в одной из стран Европы перспективную сотрудницу заметили и пригласили на работу. Теперь европейская компания разработает средства химзащиты – противогазы», – рассказывает один из сотрудников НАН, предпочитая не называть ни своего имени, ни имени коллеги.

Украинские ученые уезжают за границу вместе со своими разработками

Многие технологии могут «ускользнуть» и в открытой форме – через мероприятия по научному сотрудничеству наших институтов с другими государствами. Например, киевский Институт проблем регистрации информации НАН уже не первый год активно сотрудничает с Китайским технологическим университетом (Чжецзян). Китайская сторона регулярно приглашает к себе делегации наших ученых. Они делятся опытом, советами. Например, чтобы наладить массовое производство микропризм, которые помогают излечить косоглазие. Для китайцев это большая проблема на уровне страны. И ученые из нашего института ездят в Китай несколько раз в год. Это, безусловно, очень полезное сотрудничество, но международных патентов у наших ученых нет. Есть только украинские.

Старший научный сотрудник Института проблем регистрации информации Иван Горбов признает, что риск копирования технологии всегда есть. И патенты от этого, по его словам, не защитят. Как он рассказывает, выручает то, что полностью повторить технологию очень сложно. «Есть нюансы, которые мы не раскрываем», – подчеркивает ученый.

Исчезают из поля радаров

Еще один пример открытого сотрудничества – совместный проект команды ученых из Харьковского физико-технического института с компанией American Graphite Technologies Inc. (Невада). Американцев заинтересовало, что в Украине с советских времен есть обширная научно-исследовательская база в сфере разработки новых материалов из перспективных форм углерода. Научный сотрудник института Дмитрий Виноградов благодаря финансированию американской стороны несколько лет работал над технологией 3D-печати деталей с использованием графена. Американцы не раскрывают результатов исследований. Но в случае успеха все интеллектуальные права на инновацию остаются за американской компанией. Массовое применение слоев графена в производстве позволит совершить революцию в электронике. Ведь по прочности и эластичности этот материал превосходит привычный пластик, металл и стекло. Но для того, чтобы доработать эту технологию для применения ее в массовом производстве, заинтересованные стороны должны вложить немало средств в R&D. Ни украинский бизнес, ни правительство, как правило, не готовы браться за долгосрочный проект с неизвестной перспективой. Иностранцы в таких проектах обычно больше заинтересованы.

Совместные проекты с иностранцами – открытый способ «утечки» украинских технологий

Интересом у иностранцев пользуются также разработки лаборатории радио- и оптической голографии Харьковского национального университета им. В. Каразина. Как рассказывал руководитель этой лаборатории Владимир Титар, все его попытки заинтересовать нашими разработками в сфере голографии украинские власти провалились. Зато, японцы и корейцы, по его словам, заезжали в Харьков с завидной регулярностью. Однажды ему даже предложили $20 тысяч за продажу патента. Но он отказался. Известно, что Титар участвовал в американском стартапе Bleen в качестве научного руководителя. Bleen через краудфандинговую площадку Indiegogo собирал средства на создание домашнего голографа, чтобы смотреть 3D-видео в домашних условиях. Сейчас судьба многообещающего продукта не известна. Стартап исчез экранов радаров. Кто будет использовать украинскую голографическую технологию и для чего? Тут нет ответов.

Есть примеры, где выиграли все

Буквально инкубатором для стартапов в сфере распознавания образов и изображений стал киевский Институт кибернетики в КПИ, где работает один из ведущих в мире специалистов в области обработки изображений и распознавания образов профессор Михаил Шлезингер. На основе наработок Института был запущен известный стартап Viewdle, который впоследствии основатели продали компании Google за $40 млн. Шлезингер входил в научный совет компании.

Стартап Viewdle, созданный на основе украинских разработок, Google купил за $40 млн

«Я бы это скорее назвал взаимовыгодным сотрудничеством в украинских реалиях, чем выносом технологий», – рассказывает Виктор Сдобников, руководитель стратегических исследований и разработки компании Apostera, которая специализируется на технологиях компьютерного зрения. В этом случае Институт действительно не остался «у разбитого корыта». Как уточняет Сдобников, у партнеров есть совместные патенты, авторами которых выступают сотрудники института и СЕО компании Джейсон Митура. Кроме того, у Viewdle и института были заключены официальные контракты с отчислением налогов.

Как говорит Виктор Сдобников, в сфере распознавания образов вынос технологий в принципе маловероятен, так как в этой области экспертов не много. И они, как правило, знают друг друга. «Инвесторы и фонды не заинтересованы сделать один проект. Наоборот, их бизнес-модель строится на множестве проектов. А с плохой репутацией второй раз ничего не выйдет», – уточняет он.

Заявку на патент можно подать в течение 12 месяцев после даты раскрытия сути изобретения

Директор департамента интеллектуальной собственности Минэкономразвития Валерий Жалдак советует нашим изобретателям помнить о правиле «льготы на новизну», когда они презентуют перспективные разработки. «Раскрытие изобретателем информации о его изобретении не помешает ему запатентовать на себя изобретение при условии, если он подаст заявку на регистрацию патента в течение 12 месяцев от даты такого случайного (или неслучайного) раскрытия сути своего изобретения», – говорит он. Это положение есть как в украинском, так и в международном законодательстве. Так что если наши ученые начнут понимать, что партнеры хотят с ними общаться только ради получения ценной информации, всегда есть время, чтобы подстраховаться.